Image Image Image Image Image Image Image Image Image Image

Бизнес-журнал | 29.07.2016

Фильтр статей по регионам...
Вверх

Вверх

Скупой платит бесконечно

Анатолий Вассерман

Сокращение государственных расходов убивает государственные доходы.

Сирил Норткот Паркинсон (1909–1993) сформулировал немало ехидных законов. Один из известнейших — второй: расходы растут с доходами. Отсюда следует, в частности, вывод для государства: рост налогов питает лишь бюрократическую волокиту.

Модные нынче экономические теории (я сам их исповедовал в 1990–2005 годах) вовсе отрицают право государства собирать налоги: мол, ущерб от уменьшения прибыли (а то и появления убытков) активных хозяйствующих субъектов многократно перекрывает возможные блага, создаваемые на собранные средства. Они позволяют государству разве что поддерживать общественный порядок и обороняться (в том числе и от природных угроз) — и то в минимально приемлемом размере. Так, Министерство внутренних дел Российской Федерации сейчас получает так мало, что снимает охрану даже с музеев. Те все равно вынуждены охраняться — уже силами частных служб, что куда дороже; но эти деньги придется выпрашивать у частных благотворителей, так что чистота идеи снятия обязанностей с государства останется незапятнанной.

Сокращение налогов особо активно обсуждают при спаде, когда значительной части хозяйства трудно добиться прибыли вообще — не говоря уж о прибыли, достаточной для уплаты налогов и прочих обязательных сборов. Продолжишь выжимать деньги — уязвимые звенья могут вовсе схлопнуться. Вслед за ними обвалятся те, чью продукцию они востребуют, — и посыплется все хозяйство. Лучше до такого не доводить, а заблаговременно уменьшать изъятия.

Но казенный бассейн не бездонный. Прикрутим кран доходов бюджета — придется рано или поздно закручивать и расходы. Причем заблаговременно, чтобы дно не показалось: нужен страховой запас. Так, сократить расходную часть бюджета Российской Федерации предлагали еще задолго до нынешней — уже достаточно четко обозначившейся — открытой фазы общемирового структурного кризиса. И даже до финансовых проблем самой РФ, порожденных санкционным ограничением доступа наших коммерческих структур к зарубежным кредитам и утяжеленных обвалом сырьевого рынка вследствие кризисного сокращения спроса на многие энергоемкие виды продукции. А уж на прошедшем 13–15 января 2016 года очередном Гайдаровском форуме каждый выступающий уверял: сокращение жизненно необходимо. Спорили только, хватит ли общего урезания бюджета на 1/10 — или придется из каждой статьи убрать не менее 1/10, а из многих — чуть ли не 1/3.

Некоторые бюджетопоглотители действительно могут быть сильно ужаты. Так, Татьяна Алексеевна Голикова сообщила: возглавляемая ею Счетная палата выявила невостребованные бюджетными организациями средства — в 2015 году около триллиона рублей. То ли эти деньги действительно никому не нужны, то ли те, кому они адресованы, не умеют ими распорядиться.

А, скажем, поголовье лиц, принимающих решения в экономическом блоке правительства, можно — судя по результатам их решений — сократить по меньшей мере на 9/10. Но, конечно, только в том случае, если оставшуюся 1/10 мест займут те, кто руководствуется теориями понадежнее. В частности, умеет предвидеть последствия своих действий хотя бы на пару шагов.

Расставаться с деньгами — даже не своими, а казенными — всегда жаль. Но примерно 10% денег, выплаченных бюджетникам, тут же возвращается в виде налога на доходы физических лиц (у нас он сейчас 13%, но не все виды бюджетных выплат им облагаются). И эта приятная мелочь — лишь первый и наименьший результат государственного расхода.

Львиная доля бюджетных затрат идет не на само содержание конкретных лиц и групп, а на закупки товаров и услуг, необходимых для работы государства. Но эти деньги большей частью тоже остаются в стране и по цепочкам смежников рано или поздно доходят до физических лиц. От них опять же кое-что возвращается в бюджет в виде НДФЛ. А от лиц юридических туда же приходит налог на добавленную стоимость — 18% по большинству видов деятельности.

Всего пара шагов по очевиднейшим взаимосвязям — и бюджету полегчало почти на треть. Особенно выгодны расходы на оборону. По очевидным причинам почти все они остаются внутри страны — значит, все связанные с ними налоги также возвращаются в закрома родины.

Но налоговый возврат — мелочь, несомненно учтенная в балансовых расчетах правительства, ибо описана уже в простейших учебниках экономики на уровне, понятном не только рядовому школьнику моих времен, но даже многим обладателям дипломов Magister of Business Administration. Для поиска выхода из финансовых трудностей нужно смотреть значительно дальше.

Экономический блок правительства РФ уже четверть века руководствуется теориями, опирающимися на идею либерализма. Два–три столетия назад так называли поиск путей совмещения свободы личности с устойчивостью и развитием общества. Современная же версия этого учения — вера в неизбежную благотворность неограниченной свободы личности безо всякой оглядки на общество.

Классический либерализм сотворен в интересах нарождавшихся тогда массовых производств с глубоким разделением труда. Им было тесно в жестких рамках цеховой системы с устоявшимися правилами, традиционными изделиями, регламентированным ограничением конкуренции. Классик либерализма Адам Смит (1723–1790) показал: свобода взаимодействия хозяйствующих субъектов и разделения труда между ними приводит к согласованию их действий и достижению наилучшего совместного результата, как если бы ими управляла невидимая рука вместо видимых правил.

Классический либерализм был сотворен в интересах нарождавшихся тогда массовых производств с глубоким разделением труда. Либерализм современный созрел в хозяйственной системе, описанной американской поговоркой: «Доллар тому, кто придумал. Десять — тому, кто сделал. Сто — тому, кто продал»

Либерализм современный созрел в хозяйственной системе, описанной американской поговоркой: «Доллар тому, кто придумал. Десять — тому, кто сделал. Сто — тому, кто продал». Торговцу — посреднику между производителем и потребителем — все равно, как добыл деньги его покупатель и что с ними сделает его поставщик: важна только маржа, остающаяся в его распоряжении. Отсюда неумение нынешних либералов понимать общество как единое, взаимосвязанное целое.

Между тем почти каждый потребитель — еще и производитель, а все потребляемое должно быть предварительно произведено (и лишь потом завезено на склад продавца). Вдобавок основная масса получателей средств из бюджета государства не так богата, чтобы ориентироваться на импорт, а потребляет в основном то, что произведено внутри этого же государства. (И можно даже специально предписать именно такое потребление: так, в Соединенных Государствах Америки бюджетные пособия на питание выдаются не наличными деньгами, а специальными талонами, так что купить на них можно только довольно узкий спектр продовольствия — и, конечно, сделанного в СГА.) Следовательно, бюджетные выплаты способствуют развитию производственной деятельности в стране. И налоги с нее пополнят бюджет.

Добавим к арифметике возврата расходов немного экономической алгебры. Рост объема производства снижает издержки в расчете на единицу товара или услуги. Цена падает — спрос растет. Подстегнув бюджетными выплатами какой-то вид потребления, можно добиться его роста настолько, что в бюджет вернется больше, чем потрачено: дополнительные деньги принесут потребители, сопоставимые с бюджетниками по доходам (и, значит, по потребностям), но зарабатывающие без помощи бюджета. Джон Мейнард Кейнс (1883–1946) еще в 1920‑х предлагал так оживлять хозяйство. На основе его идей СГА вышли из глубочайшей фазы первой Великой депрессии.

Правда, если производственных мощностей не хватает — бюджетные расходы должны быть достаточны для их создания. Но резервных фондов РФ — даже без невостребованных остатков на счетах ведомств — хватит для строительства целых отраслей с нуля. Причем запрещенного либеральной религией прямого вмешательства правительства не понадобится: бюджетники сами — невидимой рукой рынка — поддержат производство того, что им нужно.

Итак, закон Паркинсона работает в обе стороны: у бюджета доходы растут с расходами. Верно и обратное: чем меньше выплаты, тем стремительнее сокращается бюджет. Если экономический блок правительства этого не понимает — он профессионально непригоден. Если понимает, но все же действует так — он пригоден для других профессий, вроде диверсий и саботажа.