Image Image Image Image Image Image Image Image Image Image

Бизнес-журнал | 26.05.2016

Фильтр статей по регионам...
Вверх

Вверх

Под замену

Под замену

| Дата публикации: 01, Мар 2016 |

С 2016 года в России законодательно запретили закупать для государственных и муниципальных нужд иностранный софт, если имеется хотя бы один российский его аналог. Каким образом это решение трансформирует отечественный ИТ-рынок?

К концу прошлого года доля импорта программного обеспечения (ПО) в России составляла, по данным Минкомсвязи РФ, от 50 до 97%. Предполагается, что законодательные изменения, вступившие в силу с этого года, позволят сократить эту долю примерно в полтора раза. В любом случае вопрос о полном импортозамещении ПО и вытеснении зарубежных производителей софта с российского рынка даже не стоит.

Все свое

«Это просто нереально в глобальном мире, чтобы все до последнего гвоздя было российским, — считает Максим Богданов, генеральный директор компании «Аскон» (Санкт-Петербург). — Но стремиться к независимости в критических технологиях необходимо. Это длительный эволюционный процесс по увеличению своей доли рынка, старательному вытеснению из потенциально опасных сегментов зарубежного ПО, ужесточению правил применения тех импортных решений, без которых в данный момент времени нельзя обойтись». Однако разовая акция по замене зарубежных продуктов на отечественные, тем более по принуждению, не соответствует, по мнению эксперта, долгосрочным интересам и текущим возможностям российских разработчиков. «В таком сценарии нет перспектив для роста, — говорит Богданов. — Российские разработчики заинтересованы в глубоком стратегическом партнерстве со своими заказчиками — государственными ведомствами, госкорпорациями, крупными компаниями с госучастием. Когда заказчик формулирует требования и участвует в процессе создания продукта на каждой его итерации. Принуждение к использованию неконкурентоспособного продукта — невозможно».

Говорить об импортонезависимости вместо импортозамещения предпочитает и руководитель департамента развития корпоративных продаж компании «Системный софт» Денис Каширин: «Мне всегда импонировала идея ни от кого не зависеть и надеяться только на себя, и практика показывает, что это правильная позиция. То же самое и в ИТ, особенно когда речь идет о программном и аппаратном обеспечении, которое используется в оборонной, околооборонной, нефтяной, газовой, атомной и энергетической отраслях». Конечно, предпринимаемые сейчас меры по поддержке российских ИТ-производителей в определенной степени могут задушить свободную конкуренцию, соглашается эксперт, но иностранное ПО тоже в определенной степени продается без конкуренции. «Технические задания прописываются под конкретное оборудование или ПО, зачастую с указанием конкретного производителя, — напоминает Денис Каширин. — Поэтому тут вопрос больше технологический: насколько наше программное и аппаратное обеспечение сможет конкурировать с иностранным и выполнять задачи, стоящие перед заказчиком».

Стабильный спрос на целый ряд решений российских разработчиков существовал и до курса на импортозамещение. В первую очередь это касается прикладного ПО и сервисов, связанных со спецификой российского законодательства, — например, в сфере бухгалтерского учета, где лидирующие позиции занимают российские продукты.

И все-таки ИТ — весьма специфичная отрасль экономики, поэтому вопросы импортозамещения одним лишь административным и законодательным принуждением здесь не решишь. Как напоминает региональный директор Veeam Software в России и СНГ Василий Ваганов, в разработке закона принимали участие специалисты ИТ-индустрии, понимающие, что сейчас далеко не все решения, необходимые для эффективного выполнения задач, могут быть успешно заменены оте­чественным ПО. Некоторые зарубежные продукты обладают особым функционалом, делающим их незаменимыми. Поэтому для госзаказчиков была сохранена возможность выбирать зарубежные решения при наличии на то серьезных причин.

Незамещаемых или труднозамещаемых решений от иностранных производителей немало — особенно в операционных системах и элементной базе. «Мы стараемся переходить на российские продукты, но пока не подобрали ничего похожего на Optimizely и Popcorn Metrics, — приводит пример руководитель пермской компании SkyparkCDN Дмитрий Угай. — Зато с успехом применяем российские разработки для общения с пользователями (Omnidesk вместо Zendesk), организации потокового вещания и видео по запросу (Flussonic вместо Wowza), пользуемся конструктором сайтов LPMotor для спецпроектов и AmoCRM для работы с клиентской базой. Базового ПО пока не хватает, но есть качественные продукты для решения узких задач».

Импортозамещение в ИТ-сфере — мероприятие затратное. «Потребуются время и деньги, но и в этом случае полное импортозамещение похоже на утопию», — полагает исполнительный директор компании VE Group Илья Вигер. Ведь продукты и технологии развиваются годами.

«Есть очень сильные российские игроки в отдельных сегментах прикладного ПО — производители АБС, систем бухучета, СЭД, — говорит заместитель директора технического центра по работе с ключевыми вендорами компании «Инфосистемы Джет» Андрей Шапошников. — Но при этом нельзя утверждать, что решениями отечественных разработчиков можно покрыть все задачи современного предприятия. По некоторым направлениям продукты в нашей стране не производятся в принципе». Тем не менее на практике довольно часто компании используют лишь малую часть тех богатых возможностей, которые заложены в западных решениях. В этом случае, по мнению эксперта, разумнее найти более бюджетный вариант с подходящим функционалом. В ряде случаев можно подобрать решения для отдельных задач — например, вместо импортной ERP-системы использовать российские продукты для финансового учета, планирования производства и т. д.

Что касается системного софта (СУБД, ПО резервного копирования, мониторинга, управления…), на российском рынке существуют решения для локальных задач, но нет пока Enterprise-систем, которые полноценно заменили бы западные. «Альтернативой может послужить open source, — считает Андрей Шапошников. — Например, СУБД Postgres Professional — это хорошая попытка на базе «открытого ПО» сделать Enterprise-продукт, однако данный проект еще только развивается».

«Полное замещение отечественными производителями всей номенклатуры импортных ИТ-продуктов — это не только невыполнимая, но и совершенно бессмысленная задача, — уверен генеральный директор компании «ИВК» Григорий Сизоненко. — К счастью, поворот импортозамещения в сторону open source эту искусственную цель снимает». Однако open source — это лишь россыпь проектов, среди которых есть и очень сильные, и откровенно слабые. Для снижения риска неудачного внедрения желательно, чтобы эти продукты были предварительно отобраны и взаимно интегрированы в составе платформ, для чего потребуется отечественный проприетарный софт (частное или собственническое ПО). Кроме того, по мнению Григория Сизоненко, на проприетарный софт необходимо ориентироваться в целом ряде областей, таких как информационная безопасность государственного уровня и информационные системы специального назначения, где информационные технологии прямо влияют на суверенитет и обороноспособность страны. Кстати, во всех отмеченных сферах применения российского софта его доля уже сегодня или очень высока, или близка к 100%.

На чем точно давно пора сосредоточиться — это на качественных сервисах, замещающих импортные, считает генеральный директор компании «Новые коммуникационные технологии» Лев Баннов. В первую очередь речь идет об облачных решениях для органов власти и госкомпаний. «Западные компании (Google и прочие), конечно, будут утверждать, что все данные их клиентов в сохранности, — поясняет эксперт, — но все-таки мы не можем знать, как конкретно с ними работают и куда эти данные могут быть переданы. Именно в этом сегменте необходимо задуматься о качественных альтернативах. При этом с точки зрения безопасности не так важно, на какой базе сделаны эти сервисы. Они могут содержать открытое западное ПО; главное — чтобы им управляли российские программисты».

На родном

«Политика импортозамещения в ИТ, конечно, затрагивает интересы производителей иностранного ПО, но большинство из них, скорее всего, переориентируются на другие страны — возможно, даже на бывшие союзные республики, — предполагает Наталья Семичастнова, исполнительный директор компании «АстроСофт» (Санкт-Петербург). — Другие же начнут создавать совместные продукты с отечественными разработчиками. Например, компания Eset уже объявила о своем сотрудничестве с российским производителем средств защиты информации «Код Безопасности».

Как добавляет генеральный директор компании «Фаст Лейн» в России и СНГ Владимир Княжицкий, в большинстве случаев назвать тот или иной программный продукт российским можно только условно. Исторически так сложилось, что многие «инновационные разработки в области ПО» в нашей стране появились следующим образом: брался иностранный продукт, модифицировался и представлялся как российский. Именно так складывалась ситуация в компьютерной отрасли с 1970‑х годов. Хотя сейчас отечественные производители стали больше работать над созданием своего уникального кода. «Очевидно, что законодатели преследовали цели усилить информационную безопасность российских продуктов и дать локальному рынку ПО возможность развития, — отмечает Княжицкий. — Но на практике законы рынка работают против них. В массовом сегменте ПО это практически невыполнимая задача. Зачем разрабатывать что-то с нуля, если можно собрать программный продукт из уже имеющегося иностранного ПО, чуть изменив интерфейс и код, и выдать за полностью российскую разработку. Это будет намного проще. И кто будет проверять, насколько этот продукт российский? К тому же понятие «аналог» в области ПО очень размытое. Вполне можно сказать, что «Блокнот» — это аналог Microsoft Word». Поэтому сложность трактовки, по мнению эксперта, не скажется позитивно на эффективном исполнении закона.

В свою очередь, заместитель руководителя дирекции по интеграционным решениям компании «Техносерв» Сергей Строганов напоминает, что есть официальная трактовка и критерии, предложенные Минкомсвязи РФ, — исключительные права и контрольный пакет компании–разработчика. «Однако это условие необходимое, но никак не достаточное, — подчеркивает он. — Это та самая «наклейка этикеток». Экспертиза должна находиться в стране и быть восполняемой, то есть должны существовать курсы, вовлечение молодых экспертов, активное участие разработчиков в мероприятиях российского профессионального сообщества. В таких условиях продукт будет развиваться, помогая развиваться всей экосистеме».

Выйдет дороже

Экономические условия, в которых Россия взялась за импортозамещение в ИТ-сфере, и без того неблагоприятные. «Они и так накладывают массу ограничений и сложностей на развитие экономики в целом и ИТ-отрасли в частности, — предупреждает директор по развитию бизнеса направления баз данных компании «Аладдин Р.Д.» Денис Суховей. — Экономическим эффектом импортозамещения в ИТ станет повышение цены на ПО за счет предоставленных льгот и протекций». Другие следствия — сокращение закупочных бюджетов, секвестирование, перенос сроков масштабных проектов в госорганизациях. Но и это не самая плохая новость. Намного хуже, считает маркетолог компании «Бифит» Анна Кушакова, что такая ситуация неизбежно приведет к замедлению развития отечественных технологий. «В условиях конкуренции с зарубежным программным обеспечением у российских компаний не оставалось выбора, им приходилось наращивать темпы развития, чтобы не отставать, — объясняет Кушакова. — С уходом сильных конкурентов с рынка эта необходимость отпадет. И мы получим не только повышение цен, но еще и отставание в технологиях».

«Естественно, российские разработчики попытаются поднять цену на свою продукцию: это закон рынка, — соглашается с коллегой Григорий Сизоненко. — В то же время крайне маловероятно, что они действительно смогут значительно поднять эту планку в масштабе рынка». Сейчас, по оценке эксперта, ситуация такова, что цены и условия тендеров диктует заказчик. Он не только опускает цену, но и зачастую закладывает почти полную функциональность проекта в его пилотную фазу, что повышает затраты и риски исполнителя. Если эта практика сохранится, она очень сильно повредит разработке отечественных продуктов. Ведь серьезная разработка — дорогой процесс, а растущий спрос на проектировщиков, программистов, тестировщиков и других специалистов повысит и без того высокие зарплаты и, следовательно, фонд заработной платы, на который в отрасли приходится до 80% затрат компаний. «Квалифицированных разработчиков уже сейчас найти очень непросто, а наши вузы их практически не выпускают, — отмечает Сизоненко. — Таким образом, не имея возможности серьезно повлиять ни на одну из сторон, компания-разработчик оказывается в тисках. Эту ситуацию надо как можно быстрее кардинально изменить».

В случае с ценами, как считает ИТ-директор ALP Group Павел Рыцев, важно понимать, является ли возможный рост цен результатом нечестной конкуренции, возникшей из‑за монополизации части рынка, или же этот рост обусловлен естественными факторами. Так что с ростом стоимости госконтрактов так или иначе придется разбираться ФАС, Счетной палате и прочим компетентным органам. «По крупным же коммерческим контрактам в этом году ничего особенно не изменится, — уверен эксперт. — Ведь резко и без последствий поднять стоимость продуктов как для государственного, так и для коммерческого сектора в любом случае не получится».

«Будут ли отечественные разработчики злоупотреблять своей монополией — сложно сказать, — продолжает тему генеральный директор компании «Доктор Веб» Борис Шаров. — Скорее всего, попробуют: рынок ведь никто не отменял. А хороший софт разрабатывать дорого».

В конечном счете вопрос будет в том, на что игроки ИТ-рынка направят полученные дополнительные прибыли. «Если в развитие российского софта, то вся эта затея с импортозамещением оправданна», — резюмирует Денис Каширин из компании «Системный софт».