Санкции как они есть

Прослушать новость

"Все говорят: Кремль, Кремль. Ото всех я слышал про него, а сам ни разу не видел". Венедикт Ерофеев, "Москва — Петушки"

Нечто похожее и с введенными санкциями. Все говорят: санкции, санкции. У каждого есть мнение про санкции, причем, в широком диапазоне: от "все пропало, шеф, все пропало", далее - матерно, и до "а нам все равно", также включая непечатную лексику географически-указующего свойства.

И в самом деле - а что такое эти санкции? Чем все это грозит, куда податься, кто опять виноват, какие ответные меры и - главное - сколько все это стоит?  

Чтобы впредь рассуждать предметно по поводу всамделишной торговой войны, в которую наша экономика, как это  принято, вступила уже уставшей, обратимся к публикации РБК на эту тему. Коллеги разобрали санкционную тему по соответствующим полкам.

Нам предложено обратить внимание на такой момент. Новый закон США, который плюясь и чертыхаясь давеча подписал их президент, призван существенно затруднить российским нефтяным компаниям из санкционного списка в новые международные проекты. В новых санкциях убирается привязка к проектам "в Российской Федерации", то есть под запрет попадают проекты российских компаний с перспективой добычи в любой точке мира.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Д.Медведев: Проект бюджета на 2018 год останется консервативным
Власти США оштрафовали ExxonMobil на два миллиона за связи с "Роснефтью"
В США ограниили использование продукции "Лаборатории Касперского"

Помимо очевидных проблем - прямо сегрегация какая-то! - эксперты указывают на усложнившийся доступ к современным технологиям разведки-добычи-переработки(первичной).

Как отмечается, новые санкции не меняют ни объекты ограничений (проекты с потенциалом добычи нефти на шельфе Арктики, в глубоководных районах моря и в сланцах), ни компании-мишени ("Роснефть", ЛУКОЙЛ, "Газпром", "Газпром нефть" и "Сургутнефтегаз", а также любые их "дочки"), ни самой сути запретов: американцам запрещено предоставлять, экспортировать или реэкспортировать товары, технологии и нефинансовые услуги, "поддерживающие" эти проекты.

Из новенького - три момента.

Нынче, исходя из директивы Минфина США, запрещается участие американцев в проектах, где любая из пяти российских нефтегазовых компаний задействована каким бы то ни было образом. Теперь в новой редакции будет прописан порог долевого участия российской компании в проекте, делающий его запрещенным для американцев, — от 33 процентов.

Тут, как считают, учтены интересы своих: отсутствие такого порога запретило бы компаниям США поддерживать подобные проекты по всему миру, даже если российская компания вовлечена "минимальным образом".

Момент номер два: запрет коснется лишь новых проектов. Здесь - никакой конкретики. Возможные даты отсечения: проекты, начатые после вступления закона в силу, то есть после 2 августа 2017 года; после вступления в силу обновленной директивы Минфина (через 90 дней после модификации предыдущей директивы); после 12 сентября 2014 года, когда вступила в силу предыдущая директива.

"Закон направлен против "новых" проектов, у которых есть потенциал добычи нефти, и это должно интерпретироваться как то, что существующие проекты, где нефть уже добывается, не должны подпадать под ограничения", — приводит РБК слова партнера международной юрфирмы Debevoise & Plimpton в Москве Алана Карташкина.

Третий момент. Запрет помимо новых российских проектов затронет и новые международные, то есть планируемые за пределами России и ее шельфа. При этом опрошенные РБК эксперты допустили, что пострадать могут и действующие зарубежные проекты.

Трубопроводы

Президент США может в координации с союзниками ввести запрет на хоть сколько-нибудь значимое участие в российских проектах по транспортировке углеводородов за границу. Причем закон грозит санкциями компаниям из любой юрисдикции (не только США), которые вкладывают средства в российские проекты по трубопроводному экспорту энергоресурсов, предоставляют для таких проектов товары и технологии, оказывают услуги. Здесь - угроза сотрудничеству между европейскими и российскими энергетическими компаниями.

В группу риска попадают следующие проекты: "Балтийский СПГ" (Shell и "Газпром"), "Голубой поток" (Eni и "Газпром"), трубопровод Каспийского трубопроводного консорциума (Shell, Eni и "Роснефть"), "Северный поток" и "Северный поток-2" ("Газпром" и ряд европейских компаний), расширение завода СПГ "Сахалин-2" (Shell и "Газпром"), Южно-Кавказский газопровод и месторождение Шах-Дениз (BP и ЛУКОЙЛ), месторождение Зохр на шельфе Средиземного моря (BP, Eni и "Роснефть").

Здесь важно отметить, что, по мнению экспертов, сорвать проекты, в которых участвует "Газпром", санкции не смогут. Вот как это объясняет для Bloomberg аналитик Raiffeisen Centrobank в Москве Андрей Полищук - цитата: "... если европейские компании ввиду новых санкций решат прекратить инвестировать в экспортные трубопроводы, российский концерн сможет использовать для их финансирования собственные средства, привлеченные в России кредиты и, возможно, фондирование из Азии. Для "Газпрома" может возрасти стоимость заимствований, однако он способен привлечь по меньшей мере $40 млрд до конца 2020 года, считает Полищук. Подрядчики компании, занимающиеся подводной частью трубопроводов, скорее всего, будут ждать до последнего, прежде чем прекратить работу, рассуждает аналитик. Подразделения "Газпрома", другие российские компании справятся со строительством наземной части газопроводов".

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
S&P: Санкции США не оказали непосредственного влияния на рейтинги РФ
Минэкономразвития не ждет скачков курса рубля из-за санкций
Украинский лидер обрадовался санкциям ЕС против РФ за турбины Siemens

Еще о группе риска

Под новые санкции может подпасть минимум шесть действующих и перспективных проектов российских нефтяников по разведке и добыче нефти за рубежом, оценил по просьбе РБК руководитель коммерческой практики Goltsblat BLP Алексей Горлатов:

1) проект "Солимойнс" в Бразилии. Кроме того, "Роснефть", "Газпром" и ЛУКОЙЛ изучают возможность участия в нефтегазовом тендере Бразилии, который состоится 27 сентября. На него будут выставлены 287 небольших по размеру блоков как на шельфе, так и на материковой части страны;

2) Petroperiha — зрелое месторождение в Венесуэле; доля "Роснефти" в проекте — 40%;

3) в качестве потенциальных проектов "Роснефть" также рассматривает блоки Патао, Мехильонес и Рио-Карибе на шельфе Венесуэлы;

4) шельфовый проект Tano в Гане (доля ЛУКОЙЛа — 38%);

5) блок Trident (EX-30) в румынском секторе Черного моря на глубинах от 90 до 1200 метров. Доли в проекте: ЛУКОЙЛ — 72% (оператор), американская PanAtlantiс — 18%, румынская газовая компания Romgaz — 10%. Это потенциально глубоководный проект, из-за чего находится в зоне санкционных рисков.

Если санкции коснутся сделок, которые будут заключены после вступления закона в силу, то они не затронут действующие зарубежные проекты "Роснефти" в Венесуэле, включая добычу "тяжелой" нефти и геологоразведку на шельфе, а также проекты ЛУКОЙЛа в Румынии, объясняет РБК А.Горлатов. "Роснефть" и ЛУКОЙЛ отказались комментировать последствия новых санкций.

Что делать?

Аналитики, опрошенные РБК, ничего экстраординарного не предлагают. Российским компаниям видимо придется тормознуть с международной экспансией: либо довести свои доли в проектах до 33%, либо приостановить проекты.

Могут возникнуть трудности при работе с партнерами, причем не только с американскими, но и с европейскими и азиатскими компаниями, у которых есть бизнес в США. Часть из них, вполне может выйти из проектов или заморозить свое участие для минимизации рисков.

Главная цель — удержать позиции на рынке.

"Ужесточение американских санкций, по сути, имеет цель ограничить российскую экспансию в международных проектах по добыче нефти, включая сотрудничество в них с европейскими и американскими подрядчиками и поставщиками технологий, — приводится в публикации мнение А.Горлатова из Goltsblat BLP. — После вступления законопроекта в силу российские компании, вероятно, будут придерживаться стратегии сохранения разрешенной американскими ограничениями доли в проектах либо вообще воздерживаться от вхождения в проекты с долей выше разрешенной".

Кроме того, потребуется уделить особое внимание импортозамещению технологий и сервисных услуг в таких проектах.